Автор текста и фотографий: Юрий Козырев, “Time”.

Переведено специально для Pixanews.

Переход Афганистана к мирной жизни не обещает быть очень мирным. Чуть ли не каждый день то там, то здесь случаются стычки с боевиками, гибнут мирные жители, а правительственные войска и полиция всё ещё не в состоянии взять под контроль все районы страны. В следующем году намечается вывод почти всех иностранных войск из Афганистана. Между тем, в районах страны, находящихся под контролем талибов, влиятельные женщины часто становятся жертвами насилия и похищений, и трудно предугадать, как станут разворачиваться события после выборов весной следующего года, когда нынешний президент Хамид Карзай (Hamid Karzai) подаст в отставку.

Стабильность внутриполитической и экономической обстановки в Афганистане зависит в немалой степени от того, сумеет ли правительство изыскать внутренние ресурсы и перестать целиком полагаться лишь на помощь извне. Природные богатства страны должны поспособствовать достижению этой цели. Добыча нефти и газа только начинает набирать обороты, но по данным американских официальных источников общая стоимость полезных ископаемых Афганистана составляет более одного триллиона долларов. За последние несколько десятилетий геологи обнаружили богатые залежи меди, золота, железной руды, лития и редкоземельных элементов по всей стране. Задача состоит в том, чтобы убедить деловых людей вложить деньги в разработку месторождений. Хотя кустарная добыча таких камней, как изумруды и ляпис-лазурь, велась здесь на протяжении веков, потенциально прибыльный промышленный горнодобывающий сектор по-прежнему нуждается в больших инвестициях. Проблема заключается и в обеспечении безопасности, и в недостаточном количестве данных геологоразведки для привлечения склонных к риску инвесторов, и в обеспокоенности тем, что случится с деньгами, как только они начнут поступать.

“У страны есть потенциал, но им нужно правильно распорядиться, – говорит Атик Седики (Atiq Sediqi), советник Министерства горнодобывающей промышленности. – Если прибыль потечёт в карманы нечистых на руку людей, как это случилось в Конго или Нигерии, то мы обречены”.

Следующие фотографии были сделаны в мае 2013 года:

Китайская металлургическая корпорация построила бараки для своих работников в районе, где планировалось начать разработку месторождений, но вскоре персонал пришлось сократить после того, как в афганской провинции Логар (Logar) были обнаружены древние руины буддийского святилища. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Китайская металлургическая корпорация построила бараки для своих работников в районе, где планировалось начать разработку месторождений, но вскоре персонал пришлось сократить после того, как в афганской провинции Логар (Logar) были обнаружены древние руины буддийского святилища. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. «Афганское Золото и Минералы» является одной из немногих частных горнодобывающих компаний, ведущих разведку месторождений золота в Афганистане. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. «Афганское Золото и Минералы» является одной из немногих частных горнодобывающих компаний, ведущих разведку месторождений золота в Афганистане. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Рабочие шахты, где добывают изумруды. Долина Панджшер, север центральной части Афганистана. В таких нелегальных шахтах обычно царит кромешный мрак, поэтому шахтёры вынуждены пользоваться налобными и карманными фонарями и даже керосиновыми лампами. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Рабочие шахты, где добывают изумруды. Долина Панджшер, север центральной части Афганистана. В таких нелегальных шахтах обычно царит кромешный мрак, поэтому шахтёры вынуждены пользоваться налобными и карманными фонарями и даже керосиновыми лампами. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Шахтёры, добывающие изумруды, на вершине горы в долине Панджшер (Panjshir), на севере центральной части Афганистана. На каждую бригаду горняков приходится десяток инвесторов, которые финансируют разработки в обмен на равную долю от всех найденных драгоценных камней. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Шахтёры, добывающие изумруды, на вершине горы в долине Панджшер (Panjshir), на севере центральной части Афганистана. На каждую бригаду горняков приходится десяток инвесторов, которые финансируют разработки в обмен на равную долю от всех найденных драгоценных камней. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Образцы породы, полученные геологами компании «Афганское Золото и Минералы». Эти образцы измельчат и отправят в кабульскую лабораторию для дальнейших анализов. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Образцы породы, полученные геологами компании «Афганское Золото и Минералы». Эти образцы измельчат и отправят в кабульскую лабораторию для дальнейших анализов. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Группа шахтёров, добывающих изумруды, отдыхает за чашкой чая во временной палатке на вершине горы в долине Панджшер. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Группа шахтёров, добывающих изумруды, отдыхает за чашкой чая во временной палатке на вершине горы в долине Панджшер. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Школьницы на мосту в Каланйозаре (Kalanyozar), провинция Баглан (Baghlan), Афганистан. В рамках программы работы с населением компания «Афганское Золото и Минералы» подарила району школьный автобус, и теперь дети из нескольких сёл могут ездить в школу круглый год. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Школьницы на мосту в Каланйозаре (Kalanyozar), провинция Баглан (Baghlan), Афганистан. В рамках программы работы с населением компания «Афганское Золото и Минералы» подарила району школьный автобус, и теперь дети из нескольких сёл могут ездить в школу круглый год. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Сотрудники компании «Афганское Золото и Минералы» обрабатывают скалу отбойными молотками. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Сотрудники компании «Афганское Золото и Минералы» обрабатывают скалу отбойными молотками. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Фермеры, живущие в долине, где действует компания «Афганское Золото и Минералы», жалуются, что одно лишь сельское хозяйство не приносит достаточно доходов. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Фермеры, живущие в долине, где действует компания «Афганское Золото и Минералы», жалуются, что одно лишь сельское хозяйство не приносит достаточно доходов. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

В археологических раскопка в Мес Айнаке (Mes Aynak) участвуют местные жители, для которых нет другой работы. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

В археологических раскопка в Мес Айнаке (Mes Aynak) участвуют местные жители, для которых нет другой работы. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Самат (Samat), уроженец соседней деревни, был принят на работу в компанию «Афганское Золото и Минералы» и возглавил службу безопасности на одном из заводов в провинции Баглан . Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Самат (Samat), уроженец соседней деревни, был принят на работу в компанию «Афганское Золото и Минералы» и возглавил службу безопасности на одном из заводов в провинции Баглан . Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Долина, где действует компания «Афганское Золото и Минералы», ошеломляюще красива – и крайне бедна. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Баглан. Долина, где действует компания «Афганское Золото и Минералы», ошеломляюще красива – и крайне бедна. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Логар. Шахтёры, добывавшие медь в отложениях, разрабатываемых китайскими компаниями, раскопали древние буддийские реликвии.  Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Провинция Логар. Шахтёры, добывавшие медь в отложениях, разрабатываемых китайскими компаниями, раскопали древние буддийские реликвии. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Долина Панджшер, где добывают изумруды, – север центральной части Афганистана. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Долина Панджшер, где добывают изумруды, – север центральной части Афганистана. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Девочки в школьном автобусе в Каланйозаре, провинция Баглан. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Девочки в школьном автобусе в Каланйозаре, провинция Баглан. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Рабочий покидает шахту, где добывают изумруды, в долине Панджшер. После использования взрывчатки шахтёры отводят пыль и дым с помощью больших пластиковых труб. Теперь они смогут вернуться к работе. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME

Рабочий покидает шахту, где добывают изумруды, в долине Панджшер. После использования взрывчатки шахтёры отводят пыль и дым с помощью больших пластиковых труб. Теперь они смогут вернуться к работе. Фото: Yuri Kozyrev—NOOR for TIME